Где-то здесь кроется краеугольный камень сложностей взаимоотношений между сообществами геев и евангелистов. Это довольно древняя история, отмеченная в основном недопониманием и предубеждением, игрой в козлов отпущения и трусостью, страхом, таинственностью, ханжеством и обычной тупостью. С обеих сторон.

В конце 80-ых был самый жар, разгоревшийся очевидно из-за публикации в Христианской периодике, которая каким-то образом попала в руки людей из Xtra!, передового журнала сообщества геев в Торонто. Парни и девицы из Xtra! просто обезумели и стали печатать всякого рода бессмысленную чушь, пытаясь подвигнуть своё сообщество сделать что-то в ответ. Даже я ввязался, живя в то время в сердце тогдашнего «гейтауна» Торонто, написав несколько писем в Xtra! призывая их иметь смелость и напечатать хоть что-то из моих довольно высокомерных и наивных посланий. Ничего из посланного мной никогда не было напечатано.

Не могу ничего сказать за всю страну, но знаю, что в Торонто отношения между «нами» и «ими», мягко говоря, весьма натянуты. Говоря откровенно, «они» ненавидят «нас», и я не уверен, что многие из нас долюбливают их. Наши мнения друг о друге давно устоялись и ни одна из сторон, кажется, не собирается подвергать своё мнение ревизии. Хотя, может быть препятствием является не столько нежелание, сколько неуверенность.

Мы много трудились для того, чтобы получить доступ в местные школы и начать строить взаимоотношения с детьми в Regent Park, чтобы стать узнаваемыми, найти наше место в жизни сообщества, нашего «прихода». Одна из средних школ отказала нам в возможности посещений, так как у них в штате было несколько преподавателей геев, не скрывающих этого, кто мог бы почувствовать себя «неудобно» позволив «организации гомофобов» такой прямой доступ к их подопечным.

Зажигательно риторической кажется de rigueur — у «них» своя пропаганда, у «нас» своя. И что из того, что наши права и религиозная свобода попираются, и мы можем до хрипоты кричать о дискриминации на религиозной почве; и что из того, что отсутствие той самой гомофобии очевидно из того в каком количестве мужчины и женщины из сексуальных меньшинств ежедневно получают от нашего служения помощь бесчисленным количеством способов, и никому ещё никогда не было отказано в ней из-за сексуальной ориентации или стиля жизни. И что из того. В этом театре восприятие есть реальность и это восприятие, как правило, создаётся другими.

К сожалению, это бьёт по обеим сторонам. Если вдруг мы почувствуем себя излишне само праведными и начнём считать жертвами только себя, краткий экскурс по сайту http://www.godhatesfags.com/ должен заставить стыдливо умолкнуть любого, носящего имя евангелист. И мы тоже несём это бремя стыда.

Итак, что же делать? Это тот вопрос, с которым нам, в нашей ветви служения, приходиться постоянно сталкиваться со дня нашего возникновения. В Торонто третья по численности популяция геев в Северной Америке после Сан-Франциско и Нью-Йорка. У них довольно высокий статус среди населения. Празднование Дня Гордости каждый Июнь привлекает в Торонто больше посетителей, чем какое-либо другое событие, привносит в городскую казну несколько миллионов долларов, открывается и посещается мэром и многими другими высокопоставленными фигурами. Также у гомосексуального сообщества большой политический вес. Из трёх политиков (муниципальных, провинциальных, федеральных) представляющих Торонто Centre-Rosedale политический аппарат, двое — геи. И всё же, геи остаются самой уязвимой, одинокой и непонятой субкультурой нашего общества. И последнее место, куда они готовы обратиться за помощью это Церковь, в особенности евангелическая церковь.

Мы различными способами пытаемся пробиться в городское сообщество геев и лесбиянок, но это сложно и весьма смущает «их» и «нас». Страх и недоверие — очень похожие эмоции. Желание защититься и агрессивность проникают повсюду.

Но призыв неизменен, как и стремление быть в среде людей, чей страх, недоверие и потерянность порой очевидны. Невзирая на лоск и браваду активистов от гомосексуального сообщества. Стоит пообщаться с членом гомосексуального сообщества, — будь то затянутый в кожу качок в местной кофейне, пожилая «queen» в облезлом доходном доме, покрытая татуировками лесбиянка поздним вечером в боксёрском клубе во время поединка, или бывший офицер Армии Спасения в его педантичной квартире холодным зимним вечером и напряжение тут как тут. Всегда.

Это означает, что требуется определённый уровень интеллекта и изобретательности в отношении миссии в этом контексте. Всё остальное по боку. Требуется определённый уровень навыков, сдобренный глубоким размышлением и широтой знаний и понимания, то, чего порой так не хватает в предприятиях нашей миссии. Нам нужно строить взаимоотношения с гомосексуальным сообществом с тем же уровнем посвящения и подготовки, как и с апологетами, этикой, и мировыми религиями. Это сложное понятие, и даже точнее говоря, многосложное понятие.

Ми должны быть готовы понять, и принимать то, что будут люди, которым будет интересно Евангелие и те, кому будет не интересно, что будут люди, для которых Иисус будет привлекателен, а для других нет. Мы должны быть готовы понять, что есть не скрывающие своей гомосексуальности мужчины и женщины, которые исповедуют Христа и считают себя Христианами. Несогласие здесь будет в интерпретации Библейских заповедей, и нам, возможно, придётся согласиться не соглашаться. Война еретикам? Или томящимся, надломленным и несовершенным людям, как-то пытающимся найти мир с Богом?

Ответ заключается в том, чтобы взирать не на грех, но на Иисуса. Звучит просто, но как только мы поймём — по настоящему поймем, — что мы не в силах никого «обратить», что это работа Святого Духа обличать и обращать, тогда путь открыт. Наше дело просто открыть им облик Иисуса. Как сказал один мой друг нам нужно «привести людей на путь благодати Божьей при помощи общения с ними, доверяя Святому Духу, что во мне». Всё дело в примирении и любви, тех аспектах Божьего плана, которые Он доверил нам (2 Коринфянам 5:15-21), а не осуждения и проклятия, того, что является только Его прерогативой (от Иоанна 5:19-23).

Как трудно нам порой не называть грех и не преследовать его. Мы хотим определить его и назвать его и придать ему форму, чтобы согласно этому делить и определять людей. Но, в конце концов, всё дело в том, какое определение даст Бог; Божья любовь, прощение и благодать к Божьим детям; и Божьи усилия достичь их — то есть нас. Наши ревностные попытки защитить Его нужны Ему гораздо меньше, чем мы думаем.

Иисуса считали предателем и отщепенцем за его отношения с отбросами общества и гадкими грешниками, будь то сборщик налогов, проститутка, не — Иудей, еретик, и т.д. В то время как, Он находился среди них, обедал с ними, принимал их как друзей, даже веселился вместе с ними, происходили примечательные события.

Во-первых, Его осуждение религиозным истеблишментом было тотальным и единодушным. Во-вторых, те сломленные личности, с которыми Он общался, преображались в Его присутствии. Редко, если вообще когда-либо, Иисус называл их грех по имени и детально объяснял что нужно предпринять, чтобы расставить всё по своим местам.

Похоже, что люди и сами знали, что они уже грешны. То, что им было нужно это активное принятие для того, чтобы иметь смелость и веру совершить изменения, которых они так желали — Закхей, Матфей, женщина у колодца. Способность Иисуса принимать людей такими, как они есть, Его притягательная святость взывали к лучшему, что было в людях. Быть в присутствии Иисуса, видеть Его, иметь с Ним взаимоотношения, было достаточно, чтобы приблизить их к Богу и внутренней целостности. Итак, для нас есть пример кем быть, нежели, что делать.

Сцена вторая: Друг по служению вспоминает свой визит в Церковь Метрополитен Коммьюнити, самую большую конгрегацию геев и лесбиянок в Торонто: «Я вошёл через обычно закрытую дверь, которая вела в помещение их офиса. В приёмной я встретил даму лет 50-ти. На мне была куртка с логотипом 614, и всё то время, пока я говорил я видел, что она не может оторвать глаз от шеврона 614 (в котором есть красный щит Армии Спасения). Я объяснил цель моего визита. С изрядной долей скептицизма она ответила: «Этот символ на вашей куртке — символ гомофобии». Я пояснил: «Мы не все такие и я сожалею, что люди вели себя так с вами. Для нас это символ примирения людей с Богом и друг другом. Он говорит о том, что Бог любит людей». Она взглянула на меня словно ошарашенная. Позже, уже выходя из здания, я слышал, как за моей спиной она говорила кому-то: «Иди сюда — ты только глянь! Он из Армии Спасения и он вовсе не такой, как ты могла бы себе представить».