Художественное фото
Художественное фото

В моей семье исповедовали буддизм. С христианством я познакомился только в 13 лет, в начале 2000-х. Тогда моя школьная подруга, новообращенная христианка, пригласила меня в церковь. (По материалам Huffington Post в переводе Gay.Ru)

Община располагалась в одноэтажном здании в промышленной зоне Сингапура. Конечно, сложно назвать то помещение церковью в классическом понимании. Служба проходила в большом зале, который раньше служил офисом. Там помещалось около 70 человек. Не было икон или распятий.

Служба начиналась с хвалы и поклонения. Когда я впервые пришел туда, то ожидал услышать хор, но вместо этого на сцену выбежал человек с микрофоном и прокричал: «ВСЕ ГОТОВЫ ВОСХАЛИТЬ ГОСПОДА НАШЕГО БОГА?!!» Начался самый настоящий мини рок-концерт. Прихожане поднимали руки, кричали, некоторые даже прыгали. Такого я не ожидал.

Постепенно я втянулся. Было легче делать что-то вместе с ними, чем просто стоять в стороне. Теперь я понимаю, что это был важный момент: я сам сделал себя частью церкви.

***

Важная вещь обо мне — я гей. В церкви однополой любви почти не уделяли никакого внимания. Для них таких отношений как бы и не существовало. Но однажды в церковь пригласили священника по имени Сай Роджерс, который раньше был геем. Он говорил с нами о «поломанной сексуальности». Он рассказал свою историю, как Бог помог ему забыть о гомосексуальности. Роджерс даже женился и у него есть ребенок. Идеальная история искупления. Когда Роджерс спросил, есть ли среди нас геи, я вышел вперед. Это был мой первый камин-аут. Я чувствовал себя не то чтобы в своей тарелке, однако, надеялся на помощь. Ведь быть геем — все равно, что болеть, сказали мне в церкви. Бог должен был помочь мне выздороветь.

Через неделю мысли о сексе с парнями стали возвращаться. Их нельзя просто забыть во имя Бога. Они не наваждение и не мираж. Но я продолжал молиться.

Через три года число прихожан церкви выросло с 200 до 1000. Почти всю работу выполняли подростки, включая вербовку новых членов. У каждого был список из друзей и знакомых, которые теоретически могли бы стать прихожанами. Церковь росла и стала забывать о своих людях.

Я рос и начал осознавать, что не согласен с некоторыми вещами, которым учит церковь. Например, что все другие религии от сатаны. Буддизм, индуизм описывались как языческие и примитивные, недостойные внимания.

Я видел, что церковь заставляет нас работать, по сути, это был детский труд. Однако мы делали это добровольно. Промывка мозгов, не иначе. Помню, я мыл пол и вдруг подумал: я же не мою полы дома, почему же я делаю это здесь? Эта церковь использует меня!

***

Наконец, в 2006 году я покинул церковь и стал чувствовать себя полноправным членом ЛГБТ-сообщества. Недолго я был счастлив в церкви, до того как мне внушили вину и стыд. Я боялся наказания Бога. Стресс привел к депрессии.

Шесть месяцев спустя я решил присоединиться к другой церкви, City Harvest Church. Я ходил на службу каждую неделю. Думал, это второй шанс. Но в 2010 году я узнал о крупном скандале, оказалось, эта церковь была втянута в махинации на 50 миллионов долларов. Сначала я поддерживал священников, но потом провел собственное расследование и понял, что могу ошибаться. Я платил им деньги, чтобы искупить грехи. Но как деньги могут помочь в этом?

Во время учебы в университете я углубился в изучение гомосексуальности, чтобы лучше узнать себя. Я также понял, что сам должен выбирать, как мне жить и что делать, а не возлагать этот выбор на других людей.

Теперь я не христианин, но я вижу мир шире. Я отношусь с уважением ко всем религиям: я побывал в Индии и в Японии, посмотрел на культуру этих стран. В моем сердце есть место для Бога. Я не потерял религию, вместо этого я создаю свою. Я считаю, что невозможно быть счастливым человеком без веры. Нам нужна надежда. Мы ищем ее в любви, в увлечениях, в жизни, но не в священниках и деньгах.

Nuntiare.org по материалам Huffington Post от 11 июня 2015 г. в переводе Gay.Ru
Автор: Keay Nigel
Перевод: Артем Рагулин