4488505-bible-woman

1. “Я прошу прощения”. В мире достаточно боли связано с христианством. Несмотря на то, что мы можем лично не иметь отношения к вреду, нанесённому христианами, удивительно, как много могут дать простые извинения. Даже если мы признаём причиняемую боль и лишение каких-либо прав, нам необходимо выразить своё сожаление. Ведь мы являемся частью того сообщества, которое причинило кому-то страдания.

2. “Как я могу помочь?” — У нас есть дурная привычка диагностировать проблемы и давать советы по их решению вместо того, чтобы сесть и поговорить с тем, кому мы, вообще-то, должны помогать. Пусть и лежит в основании этого благая цель. Но это может выглядеть высокомерно и закончиться ничем — лишь бесполезной тратой времени и ресурсов. Конечно, вопрос “Как я могу помочь?” ставит нас в довольно уязвимое положение. Ведь полученный ответ может потребовать от нас больше, чем мы планировали. Но в этом и состоит риск настоящей работы служителей.

3. “Я не знаю”. — Многих из нас воспитали с неправильным пониманием, будто мы всегда должны знать ответы на вопросы касательно нашей веры. Однако, гораздо лучше, если вместо шаблонного, отрепетированного (или того хуже — на ходу придуманного) ответа, мы проявим смирение и признаем своё незнание.

4. “Я могу ошибаться”. — Этот пункт можно поставить в один ряд с №3, как один из самых разрушительных в любом вероучении — или в любой культурной системе — культ уверенности. Когда мы цепляемся за идею, что кто-то имеет альтернативную точку зрения, мы таким образом создаём пространство, пространство боли и отчуждённости, а не сострадания и примирения.

5. “А что ты думаешь?”. — Момент, заключенный в этом вопросе, богослов Тони Джонс называет “смиренное знание”. Когда речь заходит о Писании, например, вполне естественно интересоваться у людей что они думают о христианской вере, Библии и прочих вопросах. На самом деле, порой я узнаю больше о своей вере от не-христиан, чем от таких же верующих, как я сам. Эта близость к вере ослепляет нас и мы не видим проблем, лежащих прямо нашим своим носом. Любой надлежащий христианин должен общаться с не-христианами, дабы помогать им сдерживаться и предлагать время от времени необходимую перспективу.

6. “Я люблю тебя”. — Мы преследуем благие цели, говоря людям о Боге или Иисусе. Однако если это пока не является центральной темой вашей жизни, разговоры о том, как Бог любит тебя могут выглядеть неестественно, странно и немного безумно. Вместо того, чтобы говорить за Бога, нам лучше рискнуть и начать говорить за себя. Это звучит мило — “Бог любит тебя”. Однако по-настоящему важно рискнуть сказав “Я люблю тебя”.

7. “Расскажи мне подробнее о…”. — Проявлять неподдельный интерес к жизни и историям других людей – это основание Христоподобной семьи. Очень часто мы находимся рядом с людьми — в церкви, на работе, в школе — истории которых мы знаем мало или не знаем вовсе. В то время, как в прошлом целью христианского мира была, по большей части, ассимиляция, в современном мире пост-христианства от нас требуется иметь желание меняться настолько, насколько мы стремимся изменить отношения друг с другом. Мы больше не говорим об уничтожении различий. Теперь речь идёт о культивировании любви, которая сильнее любых различий.

8. “Да, хреново”. — это идёт вровень с христианским компульсивным желанием попытаться исправить всё. Но если я и научился чему-то за 13 лет брака, так это тому, что решения не приносят таких великих плодов как сопереживание.

9. “Давайте это попробуем”. — Наравне с главенствующим в течении десятилетий ростом (как численным, так и организационным), многие христиане стали понимать, что они больше выступали в роли управленцев и оберегателей организаций, чем в роли тех, кто подготавливает Боговдохновенное царство на земле. В самой природе организации заложено сопротивление изменениям, в то время как подготовка – это высвобождение пространства в предвкушении чего-то нового. Как сказал апостол Павел, наша вера требует по-детски невинной открытости, а не тяжёлой духоубийственной мантры “Но мы всегда это делали таким образом”.

10. “Молчание” — Заполнение неловкого молчания болтовнёй свойственно нашей западной культуре. Но именно христиане виноваты в произнесении дежурных слов и клише во время мёртвой тишины. Иногда лучшая рекомендация – просто быть рядом, или, может быть, слушать. Лишь потому, что мы христиане не означает, что нас поставили исправлять всё. Мы могли бы начать с того, чтобы просто добавлять моменты молчания в наши собственные духовных практики. Тогда мы начнём привыкать и понимать её.

Автор:  Christian Piatt

Источник:  The Huffington Post

1 сентября 2013 года.

Перевод: Антон Кузьмин.