Радуга
Радуга

Люди далеко не всегда принимают тех, кто одновременно относится к ЛГБТ-сообществу и является членом христианской церкви. Но выбора между любовью к Господу и самим собой вообще не должно происходить. Эшли Ригден (Ashleigh Rigden) погружается в мир ЛГБТ-христиан.

Сидя в на диване, Джеймс трясся от ярости, пока истерически рыдающие родители спрашивали у него, сколько раз он спал с мужчинами и почему он решил стать таким и изменит ли он это. Если бы кто-то узнал об этом, его отца перестали бы принимать всерьез как пастора в церкви, потому что гомосексуальность считается грехом.

Джеймс — с детства член церкви адвентистов седьмого дня. В этой христианской конфессии есть очень строгие правила — например, не праздновать Рождество и не есть «нечистое мясо», то есть свинину или моллюсков. Но прежде всего, однополые отношения совершенно выходят за рамки дозволенного этой религией.

Недавнее исследование показало, что 6 из 10 христиан верят, что гомосексуальность неправильна всегда или почти всегда. Некоторые христианские группы могут быть более принимающими, чем другие. Джеймс знает истории ЛГБТ-людей в своей церкви, и из-за этого ему все сложнее оправдывать свою веру. Он говорит: «Они думают, что это выбор, и они говорят, что это отвратительно, и что мы попадем в ад, и что вопрос в том, зачем нам это делать. И такие разговоры окружали меня, пока я рос».

Каждую субботу проводятся службы для молодых членов общины, и они дискутируют о гипотетических ситуациях, включая те, с которыми они не согласны. Джеймс объяснил: «Они говорили о сексуальности, о том, как две женщины в нашей церкви жили вместе, и они обсуждали, как бы поступили в этой ситуации.

И они говорили так — зачем бы им это делать, это неправильно, и если они не понимают, что это неправильно, то мы ничем не можем помочь». Обычно традиционные взгляды ассоциируются со страшим поколением, но это не всегда так. Даже чаще эти ценности разделяются молодыми людьми. Джеймс сказал: «Когда они переходят в новую религию, они из кожи вон лезут. Как раз они и хотят делать все как надо, соблюдать все правила. Они ко всему относятся предельно серьезно.»

Во многих строгих христианских общинах, детям и подросткам не рассказывают о вопросах сексуальности. Они могут прочесть об этом где-то еще или увидеть по телевизору. «Я не знал, как это называется. Я рос, и меня все больше привлекали парни, и я не знал, что происходит, потому что никто не говорил об этом со мной», — признался он.

Камин-аут перед родителями — всегда важный и сложный момент, который многие ЛГБТ-люди никогда не забудут. Он может построить отношения с семьей или разрушить их. Однажды вечером Джеймс проговорился, что он гей. Давление, которое он чувствовал из-за необходимости скрывать свою идентичность, рвало его в клочья. Он признался: «Я сделал камин-аут перед родителями случайно, потому что сказал им, что хочу съехать и жить с другом. Они поняли, что это мальчик, и начали давить на меня и спрашивать, почему на самом деле я хочу съехать от них». Тогда он признался, что «испытывает гомосексуальные мысли», на что его отец хмыкнул и сказал: «Ну он хотя бы признал это.»

Джеймс глубоко вздохнул и продолжил свой рассказ: «Моя мама начала спрашивать, был ли у меня секс, сколько раз, сколько лет им было. Я сказал ей, что у меня был секс с одним человеком, и это было ложью. Тогда она спросила, соврал ли я, и я сказал, что да, у меня было двое. И это все еще было неправдой. Тогда она спросила — у тебя был секс с двумя одновременно? Она подумала, что раз я гей, то я участвовал в абсолютно любых вариантах секса, какие только есть в мире.» Камин-аут Джеймса закончился тем, что он сказал родителям, что изменится. Они все еще верят в это. Он признает, что ему стало их жалко. Они истерически рыдали над чем-то, с чем на самом деле ничего нельзя поделать.

Несмотря на обещание родителям, сейчас Джеймс встречается с парнем. Он объяснил: «Теперь они знают, и я сказал им, что меняюсь. Может быть, однажды, когда они увидят моего парня, я скажу им, что у меня не получилось.»

Его мать, тем не менее, очень четко дала понять, что она думает об ориентации Джеймса. Он смеется: «Однажды мама сказала, что если я приведу домой парня, она спросит его, хочет ли он чаю. Потом она принесла бы ему чай и вылила бы ему на колени — «случайно», чтобы его позлить.»

Часто религиозные группы обвиняют людей в том, что они стали частью ЛГБТ-сообщества. Многие христиане верят, что через гомосексуальность проявляется вытесненная детская травма. Джеймс прошел через такие разговоры: «Многие христиане пытаются найти причину, почему ты такой. Например, они думают, что отца не было рядом, или семья была насильственная — и, увы, в моем случае и то, и другое вполне правдиво. У меня было насильственное детство, а отец не всегда был рядом, но я не верю, что это сделало меня геем. Да, это случилось, но это не сделало меня тем, кто я есть».

Некоторые люди рождаются в неподходящем для них теле, так что когда они делают трансгендерный переход и могут быть самими собой, они наконец-то освобождаются. Но этих людей нечасто принимают в христианских церквях, точно так же как и семьям таких людей требуется время, чтобы принять трансгендерных родственников. Исследование, проведенное МВД Великобритании, показало, что 70% трансгендеров не вовлечены в общественную и/или политическую жизнь. Вот история трансгендерной женщины Анны-Джейн.

Анна-Джейн была членом трех разных церквей за несколько последних десятилетий. Она начинала в Евангелической церкви, которая “расшумелась на тему того, что они меня принимают, когда я сделала камин-аут.» В результате, рассказывает она «священников поувольняли, и новое руководство попросило меня уйти. Они нашли мне англиканскую церковь неподалеку.»

С тех пор, как Анна-Джейн совершила камин-аут, она выступала на конференциях и рассказывала свою историю и давала советы людям, оказавшимся в схожей ситуации. Она объяснила: «Очень легко прожить жизнь, пытаясь заслужить одобрение людей, хотя на самом деле все, что мы можем делать — делать как лучше.»

Траснгендерный камин-аут перед родителями может иметь свои последствия, и об это Анна-Джейн тоже, к сожалению, знает все. Она вспомнила, как это произошло: «Мои родители переехали, не сказав мне, а я в это время разводилась Я тоже переехала, и это не было моим выбором.

Я нашла новый дом, сделала переход и получила последнюю открытку на Рождество от моих родителей. Они послали ее на мое предыдущее имя, и это было ужасно.» Она попыталась связаться с родителями после того, как старый сосед рассказал ей, куда они переехали. Она вспоминала: «Я позвонила папе, хотя до того шесть лет никак не проявлялась, и я сказала, что люблю его несмотря ни на что, а он бросил трубку.»

Но тем не менее, когда Анна-Джейн начинала переход, больше всего на нее повлияло неприятие со стороны церкви, а не со стороны родителей. Она сказала: «Однажды вечером я поняла, что моя церковь не примет моего камин-аута. Я вернулась домой и я была убита горем.»

Но потом ее охватило чувство, что она не одна. Она объяснила: «Я словно почувствовала какое-то присутствие рядом, и я просто поняла, что мне не нужно делать все это в одиночестве. Это чувство со мной всегда. Оно направляет меня, ведет, и приводит меня в очень интересные места.»

По материалам Buzz от 20 января 2016 года
Подготовлено специально для Nuntiare.org

Еще на эту тему: