Кшиштоф Харамса. Я — священник, и я — гей

Кшиштоф Харамса вместе с партнёром
Кшиштоф Харамса вместе с партнёром

Специальное письмо для читателей газеты «Выборча», написанное о. Кшиштофом Харамса и опубликованное 2-го октября 2015 года:

Дискуссия, вызванная моей статьей «Теология и насилие: пример католического священника Око», стала свидетельством того, насколько глубокой и закоренелой является проблема насилия и ненависти в языке польского католического духовенства. В значительной мере это проблема гомофобии польского католицизма.

В эти дни меня настигла настоящая река слов благодарности. Люди писали, что мой текст позволил им вздохнуть с облегчением, потому что из-за речей представителей и представительниц Римско-католической церкви (РКЦ) они чувствовали себя униженными, высмеянными и обманутыми. Речей, которые зачастую становятся основным языком католиков в публичных дискуссиях. Такое безнаказанное высокомерие, выказываемое Церковными Пасторами, является грехом.

К сожалению, в то время, когда люди писали мне об обретенном облегчении среди царствующей в Польше атмосферы церковной гомофобии, католические власти, вместо того чтобы заняться расследованием означенных случаев злоупотреблений со стороны духовенства, начали преследовать меня. Только потому, что я написал правду, которая — как они считают — ради блага Католической Церкви должна сохранятся в тайне, так как в противном случае она скомпрометировала бы нашу идеологическую, параноидальную войну. Вместо того, чтобы сосредоточиться на сеятелях ненависти, они сосредоточились на мне, хотя я как раз защищал Евангелие.

В эти дни я понял, что сказал только часть правды… Я понял, что не могу бороться только с языком насилия, но я должен также противиться вранью Католической церкви относительно людей негетеросексуальных. В эти дня я читал письма от людей гомосексуальных, которые благодарили меня за то, что я встал на их защиту, когда некомпетентные представители моей Церкви отвратительным образом унижали их человеческое достоинство. Я понял, что должен сделать для этих униженных и растоптанных польской церковью людей нечто большее.

Я должен сказать, кем являюсь.

Я — священник, и я — гей. Счастливый и гордый священник-гей.

Я хочу сказать вам, людям, принадлежащим к сексуальным меньшинствам, преследуемым РКЦ, что нельзя прекращать борьбу за наше достоинство, уважение, причитающиеся нам права. Борьбу за право на счастье. Нельзя терять надежду и бояться сказать о том, кто вы есть. Вы должны прокричать об этом, оставаясь верными дару, данному вам природой. Нельзя просить прощения за то, кем вы являетесь. Потому что вы не являетесь чем-то несущественным, напротив, вы — полноправные граждане общества, а в случае христианской веры — также и Церкви. И это цивилизованное общество и эта Церковь не имеют морального права отрицать ваши права на любовь и брак.

Я прошу вас не терять данного вам дара вашей здоровой гомосексуальной ориентации, но принять, а также реализовать ее. Я прошу вас иметь мужество мечтать о свободе, о выходе «из шкафа», и идти к своему освобождению.

Все геи, лесбиянки, бисексуалы и трансгендеры моей страны нашли место в моем сердце. Это им я посвящаю свой камин-аут.

Сегодня я говорю своей РКЦ правду, которую она не принимала и отрицала, правду гомосексуальных людей. Я говорю своей Церкви, что я — гей. И так же ясно и твердо об этом должен сказать каждый гей, каждая лесбиянка, каждый бисексуал и трансгендер, потому что каждый из них имеет право на счастье, на уважение своих прав и на христианскую любовь, если эта любовь еще существует среди нас.

В своем манифесте я требую от Церкви, чтобы она начала относиться к нам серьезно, чтобы посмотрела нам в глаза, как делал это с каждым человеком Господь Иисус. Я требую, чтобы нас перестали клеймить, демонизировать перед лицом мира, пренебрегать нами. Сегодня я чувствую, что являюсь священником для того, чтобы напомнить о правах этой все еще унижаемой части общества и РКЦ. Но я также остаюсь священником для прекрасного гетеросексуального большинства, для каждого мужчины и каждой женщины и благодарю их за каждый знак понимания человеческого разнообразия. И я прошу их, чтобы они не поддавались доминирующей силе ненависти, обращенной на нас, гомосексуальных людей. Я прошу моих братьев и сестер, чтобы вы сказали нашей Церкви, что мы — христиане, что мы не можем никем пренебрегать, что по-христиански мы должны признать и обеспечить реализацию права на любовь каждого человека. Без оглядки на цвет кожи, национальность, религию и сексуальную ориентацию.

Священник должен всегда вставать на сторону гонимых, для добра каждого, с любовью ко всем. Сражаясь за права преследуемых, мы сражаемся за права всех людей. Сегодня я выполняю эту миссию, в согласии с Богом и совестью, и осознаю важность моего решения.

Я — гей, и я не буду ни у кого просить за это прощения, потому что мне не за что извиняться. Просить прощения должны те христиане, которые поддались волне гомофобии, но ко мне это не относится.

Прекрасного Божьего воскресения для каждого и каждой из вас. Я молюсь о том, чтобы вы были свободны.

Рим, 2 октября. День Ангелов-Хранителей

Источник: Wyborcza
Переводчик: Анна Литвина-Семенова; источник перевода: Альянс гетеросексуалов и ЛГБТ за равноправие
На Nuntiare.org текст публикуется с любезного разрешения переводчика

Еще на эту тему: